Принципиальное отличие оронимов и гидронимов состоит в том, что реки обладают протяженностью и их названия известны широкому кругу людей, а горы локально ограниченны и не всегда доступны. Названия рек чаще употребляются не только местными жителями, но и далеко за пределами своего течения. Названия гор известны небольшим коллективам. Горы картографировались значительно позже рек – некоторые только в конце 19 – начале 20 в. Поэтому нередко название реки и горы, с которой она берет начало, совпадают. Но, например, в Восточных Карпатах, наоборот, некоторые реки получают названия по горам. На Северном Кавказе и в Средней Азии гора, река и прилегающая к ним территория могут получить единое название по имени родоплеменного образования, жившего в том месте и владевшего некоторой территорией, не расчлененной для местного жителя, поскольку территория эта для него представляла единый хозяйственный комплекс. Например, в районе проживания карачаевцев на Кавказе есть гора Семенов-Баши, т.е. «верх Семеновых». Семеновы – один из карачаевских родов. Названия народов положены в основу некоторых оронимов, относящихся к крупным объектам: Юкагирское плоскогорье, Корякский хребет, Среднерусская возвышенность.

Некоторые горы, хребты и их части получили названия по именам исследователей: ледник Федченко на Памире, ледник Семенова на Тянь-Шане, хребет Семенова на северо-западе Китая (в честь П.П.Семенова). Ряд названий связан с именами лиц, не имевших отношения к именуемым объектам: хребет Петра I, пик Маяковского на Памире. В названии хребет Академии Наук отмечен вклад Академии в изучение Памира.

Названия возвышенностей встречаются чаще, чем названия низменностей. Очевидно, это связано с тем, что именно горы играют роль ориентиров, их видно издалека. Незначительные понижения не всегда заметны, а значительные видны лишь на близком расстоянии. Название получает река, текущая по долине, озеро, находящееся в котловине. Долина и котловина остаются без названия или называются по соответствующему гидрониму. Это еще раз подтверждает преимущественную роль гидронимов в создании оронимов.

Поскольку территория России контрастна в отношении рельефа, этот контраст отразился и в оронимии, в частности, в применении слова гора. В равнинной местности оно употребляется чаще: «там, где вокруг ровно, даже маленький бугорок значим (например, как ориентир). А самый высокий такой бугорок, пусть даже возвышающийся лишь на несколько метров, легко получает титул «горы». Той же относительностью объясняется то, что в горной местности многие возвышения остаются без названия, потому что рядом значительно бльшие горы».

В равнинной оронимии вследствие этого часто встречается слово гора, а в горной – слова, называющие отдельные разновидности возвышенностей, которые в различных местах страны не совпадают. Когда гор много, их важно дифференцировать по типам: с лесом или без, пологая или крутая. Само же общее название гора не дифференцирует ничего. Для равнинных «гор» такая дифференциация не требуется, так как возвышенности встречаются редко и достаточно удалены друг от друга. По словам Ю.А.Карпенко, «в равнинной оронимии... важно отличить не одну гору от другой, а гору от не-горы». Равнинная оронимия России часто бывает славянской (Церковная горка), в местах со смешанным населением используются заимствования или кальки при общем славянском оформлении: Три Мары (мар – мордовское 'бугор, куча').

Языковой состав горной оронимии оказывается более сложным, поскольку в силу исторических условий в горах часто селились представители разных народов, не всегда многочисленные, но каждая этническая группа смотрела на горный ландшафт по-своему и называла объекты на своих языках.

Принципиально важно также различие оронимов, возникших естественным путем в языках местных жителей, и искусственно придуманных «книжных» названий для крупных горных массивов. Так, у местных жителей горного района может быть масса названий, дифференцирующих отдельные горы и их части, но не быть обобщающего названия для всего горного массива. По мнению Е.М.Поспелова, «употребляемые для них в литературе и на картах названия обычно возникают или путем распространения на весь объект в целом названия одного из его элементов, или путем присвоения совершенно нового названия. Первый способ чаще применяется для отдельных гор, второй – для хребтов и горных массивов. Так, местные жители лишь через литературу усвоили названия Тянь-Шань, Памир.

Иначе обстояло дело с Алтаем. Это название издавна хорошо известно не только местным жителям, но и далеко за пределами региона – однако не только и не столько в значении «гора или горная система», как в значении «родные места», поскольку массы кочевников выходили из Алтая и расселялись по просторам Западно-Сибирской низменности и Восточно-Европейской равнины. Иногда это название объясняют из тюркского ал тай 'высокие горы'.

В качестве родовых и видовых обозначений возвышенностей в России почти повсеместно употребляются слова литературного языка: возвышенность, гора, горы, хребет: Среднерусская возвышенность, Уральские горы, Становой хребет. Название Становой связано со словом стан 'торс, туловище'. В словаре В.И.Даля отмечено псковское становье 'хребет, позвоночный столб, спина', а также 'горный кряж'; становая жила 'спинной мозг'. В Забайкалье имеется Становое нагорье – горная система, включающая хребты Становой, Яблоновый и Джугджур. Она названа по Становому хребту. До начала 20 в. Становым хребтом считалась вся система хребтов протяженностью до 4000 км, составляющих водораздел между Северным Ледовитым и Тихим океанами, включая горы на Чукотском полуострове. Грандиозные размеры, труднодоступность и водораздельный характер дали основание казакам-землепроходцам, прибывшим туда в середине 17 в., назвать весь этот горный массив Становым хребтом. Жившие в тех местах эвенки называли всю эту горную систему Джугджур, т.е. так, как сейчас зовется лишь один из хребтов. Е.М.Поспелов сопоставляет название Джугджур с эвенкийским дюгдюр 'высокая безлесная гора' и отмечает, что эвенки считали эту горную систему «позвоночным столбом земли». Русское название могло возникнуть под влиянием эвенкийского. Ср. также название хребта, примыкающего к Становому, – Олекминский Становик и Токинский Становик в Якутии с той же идеей позвоночника и водораздела. Идею «позвоночника» несет и слово хребет, ср. спинной хребет. Идея «водораздела» заключается также в географическом термине стан, ср. Теплый Стан – водораздел рек бассейнов Москвы-реки и Пахры на юге Москвы. Ср. также тюркское арка 'спина, спинной хребет; удлиненная возвышенность; водораздел', названия возвышенностей Такты-Арка, Кудрат-Арка на Южном Урале. Казахский мелкосопочник казахи называют Сары-Арка 'желтый хребет'. Арка-Юрт – обширная территория в Центральном, Северном и Восточном Казахстане.

Топоним Яблоновый хребет не имеет отношения к яблокам и яблоням. Это русификация бурятского Ябалгани-Дабан (бурятское ябалгани 'проходимый, проезжий' + дабан 'перевал'). Русскими переосмыслено как Яблоновый перевал, а затем название перевала перенесено на весь хребет.

Таким образом, русские названия тесно связаны с иноязычными, при этом включение в русскую топонимическую систему иноязычного элемента происходит либо на основании звучания, либо на основании сходства идеи, положенной в основу номинации (как в случае «спина – хребет – водораздел»).

назад   дальше