Полемика Мао с Хрущевым касалась, помимо прочего, и отношений с «американским империализмом». С точки зрения Мао, успехи СССР в запуске искусственного спутника Земли и испытании баллистической межконтинентальной ракеты способствовали созданию весьма благоприятной международной ситуации, при которой «ветер с Востока становился сильнее ветра с Запада». Заявив, что «империализм и реакция – это бумажные тигры», Мао потребовал от Хрущева использовать советскую мощь для поддержки «национально-освободительных войн» в странах «третьего мира» и оказания большего политического и военного давления на США. Хрущев отказался и назвал Мао «авантюристом», не считающимся с реальностью ядерного противостояния. Мао, в свою очередь, назвал советского лидера «ложным коммунистом».

В начале 1960-х годов Мао был серьезно озабочен некоторыми экономическими и политическими тенденциями в самом Китае. Во-первых, он считал, что отступление от принципов «большого скачка» зашло слишком далеко, что чрезмерный акцент на материальном стимулировании и другие проявления «буржуазного индивидуализма» угрожают подорвать самые основы социалистической революции. Во-вторых, Мао все больше проникался уверенностью, что определенные лица в руководстве КПК саботируют социализм, разрешая или даже поощряя дальнейшее распространение «ревизионистских» экономических моделей. В-третьих, Мао чувствовал, что и сама КПК становится все более консервативной, элитарной и переполненной бюрократизмом структурой, в результате чего эта партия перестает «служить народу». «Что делать, – угрожающе спрашивал Мао в 1965, – если ревизионизм проникнет в самое сердце партии?». Он ответил на этот вопрос годом позже, в 1966, когда лично провозгласил начало «великой пролетарской культурной революции».

Мобилизовав по всей стране молодежь (в ряды «хунвэйбинов» – «красных охранников»), рабочих и крестьян («цзаофаней» – «революционных бунтарей»), Мао задался целью очистить КПК от тех «демонов» и «чудовищ», которые якобы «пошли по капиталистическому пути». В число партийных лидеров, ставших объектами массовой критики и травли, попали давний соратник Мао, его преемник в руководстве КПК Лю Шаоци и генеральный секретарь партии Дэн Сяопин. Они были обвинены в подготовке базы для восстановления капитализма в Китае и вместе с тысячами партийных и государственных руководителей смещены со своих постов.

«Культурная революция» внезапно завершилась в 1968, когда, под впечатлением ввода войск в Чехословакию, у Мао появились сильные опасения, что СССР может воспользоваться политической нестабильностью в Пекине и нанести внезапный удар по Китаю. В августе отряды хунвэйбинов были расформированы, а армии было поручено восстанавливать порядок и дисциплину.

По мере того как в 1969 и 1970 Мао пытался восстановить разгромленную партию, его все больше стали раздражать амбиции министра обороны КНР Линь Бяо. Возведенный в 1969 вместо Лю Шаоци в ранг официального наследника Мао, Линь Бяо начал политические маневры, назначая преданных ему армейских офицеров на ключевые партийные и государственные посты. Беспрецедентное возрастание влияния (и даже доминирование) военных – ставленников Линя в гражданских институтах Китая сильно обеспокоило Мао, который всегда подчеркивал, что «партия командует винтовкой, но винтовке никогда нельзя позволять командовать партией». Мао Цзэдун и Линь Бяо вступили в борьбу за власть, кульминацией которой стала неудачная попытка устранения Мао в сентябре 1971 и последовавшая за этим смерть Линя в авиационной катастрофе во время его «бегства» в СССР.

После смерти Линя Мао Цзэдун, который к 80 годам заметно утратил здоровье и энергию, передал полномочия в повседневном политическом руководстве страной Чжоу Эньлаю, преданность которого не вызывала сомнений еще со времен «Великого похода». Под руководством Чжоу (и при личном одобрении Мао) Китай взял курс на мирное сосуществование с США. Диалог Китая и США основывался на разработанной Мао в яньаньский период тактике объединенного фронта, согласно которой надо «использовать противоречия в лагере противника» и «объединяться с второстепенными врагами, чтобы изолировать главного врага». Мао был уверен, что Советский Союз – по крайней мере, в обозримом будущем – является наиболее опасным внешним врагом Китая.

После смерти Чжоу Эньлая в январе 1976 здоровье Мао Цзэдуна продолжало ухудшаться. В июне, на фоне слухов о его предсмертном состоянии (из-за длительного приступа болезни Паркинсона или серьезного сердечного приступа, либо обоих недугов), он прекратил принимать иностранных посетителей. Последним актом его публичного политического волеизъявления стал отказ назначить своего давнего сподвижника, Дэн Сяопина, на вакантный после смерти Чжоу пост премьера. Умер Мао Цзэдун в Пекине 9 сентября 1976.

(28.90 Кб)

назад