При работе над последним, величайшим произведением общие воззрения Вергилия на мир и его творческий метод остались теми же, что и прежде, разве лишь наблюдается его постоянный рост. Начитанность автора и исследовательская работа, которую пришлось ему проделать при работе над Энеидой, поистине колоссальны. Должно быть, он охватил едва ли не всю современную греческую и римскую литературу, из которой до нас дошла лишь небольшая часть. Энеида опирается прежде всего на произведения Гомера, греческих трагических поэтов и представителей ранней римской поэзии, авторов эпосов и трагедий Невия и Энния. Продолжает сказываться влияние Лукреция, дает о себе знать воздействие более современной греческой «эллинистической» поэзии, как и новейшей латинской поэзии Катулла и других авторов, в первую очередь представителей неотериков или «модернистов». Прослеживаются и следы латинской комедии, прозаических произведений и, быть может, устной традиции. Есть предположения, что Вергилий пользовался источниками за пределами греческого и римского мира, с Востока.

В античном комментарии Сервия на Буколики сообщается, что первоначально Вергилий замышлял историческую поэму о древних царях Лация, но потом предпочел мифологический эпос, избрав распространенную легенду об Энее, который спасся после взятия Трои и отправился на запад. Первая половина поэмы, описывающая странствия троянцев, основывается на Одиссее Гомера, вторая, описывающая сражения в Италии, следует образцу гомеровской Илиады. Сперва Вергилий написал Энеиду в прозе, разбив ее на 12 книг. Затем он приступил к постепенному переложению ее в стихи, причем делал это не подряд, а обращаясь каждый раз к тому отрывку, который наиболее соответствовал его настроению. Когда Вергилий творил, неистощимые источники его памяти и ума проливались дождем поэтических строк, которые подвергались затем критическому разбору и отделке.

В целом Энеида по структуре свободно следует гомеровскому образцу, да и отдельные ее эпизоды трактуются согласно гомеровским правилам. Как и Гомер, Вергилий изображает богов вмешивающимися в жизнь людей, оба они используют сравнения, особенно в напряженные моменты. С другой стороны, Вергилий крайне редко воспроизводит строчку или хотя бы поэтический оборот дословно, в то время как Гомер постоянно прибегает к эпическим формулам и повторам. Вергилий никогда не задерживается долго на одном и том же источнике, подчас в одной строчке мы можем обнаружить аллюзии на несколько текстов. Так, используя гомеровское сравнение в собственных целях, Вергилий тут же использует и вариации этого сравнения, встречавшиеся уже у прежних поэтов. Он сочетает структуру гомеровской поэзии с композиционными законами меньших по объему произведений, созданных в эллинистической греческой и «неотерической» латинской поэзии. Хотя Энеида в целом имеет эпическую структуру, отдельные ее песни уподобляются не только греческой трагедии как таковой, но и вполне определенным произведениям греческих трагиков, причем подчас в пределах одной песни оказывается использована даже не одна трагедия, но несколько.

Согласно Вергилию, после решающей битвы и гибели Трои Эней плывет в Италию. По пути он оказывается в различных краях, в частности в Карфагене, где Эней и царица Дидона влюбляются друг в друга. Однако судьба принуждает Энея продолжить свой путь в Италию, а Дидона в отчаянии накладывает на себя руки. Прибыв в Италию, Эней посещает кумскую Сивиллу, оракул Аполлона (возле Неаполя) и получает дозволение спуститься под землю, в мир теней умерших. Здесь ему открываются тайны суда на мертвыми, ожидающих их кары или блаженства и нового телесного воплощения душ. В частности, Эней видит многих римлян, которым еще предстоит сыграть роль в истории города, когда придет их черед явиться на свет. Обогащенный этим опытом, Эней заключает союз с Латином, царем Лация, но очень скоро этот мир рушится по воле богов. Разгорается война, которая завершается лишь после того, как Эней убивает Турна, отважного предводителя вражеских сил. На всем протяжении поэмы Эней получает божественные указания, и, когда ему удается их понять, он неизменно повинуется им и ему сопутствует успех. Энею покровительствует его мать, богиня любви Венера, он пользуется также благосклонностью верховного божества Юпитера, воля которого соответствует велениям судьбы. Однако Юнона, могущественная супруга Юпитера, выступает противницей Энея, помогая его врагу Турну. В конце поэмы Юпитер и Юнона заключают компромисс: троянцы и латины должны объединиться, позднее им будет вручена власть над Италией и всем миром.

Подобный финал характерен для Вергилия. В самом деле, принцип примирения через компромисс пронизывает как его мировоззрение, так и поэзию. Он применяет его и к малым проблемам, и к большим: любая фраза из четырех слов может у него оказаться компромиссом между двумя оборотами, уже употребленными прежде – один греческим, другой латинским поэтом. Даже в вопросах религии у Вергилия присутствуют как греческие, так и римские религиозные представления, причем более духовные верования Платона уравновешивает гуманистическую теологию Гомера. Вергилий неизменно старается подойти к проблеме с обеих сторон. В стилистическом отношении Вергилий начинает с доступной и ясной латыни зрелого Цицерона, но выражает при этом с отчетливой сжатостью, которая напоминает уже стиль его современника, историка Саллюстия. В современную латынь Вергилий осторожно вводит новые элементы, в том числе, когда это соответствует его задачам, пользуется архаизмами. Высочайшее мастерство позволяло поэту одной короткой фразой передавать сразу несколько разноплановых мыслей и таким образом, умело используя все возможности, предоставляемые латинским языком, сообщать читателю искусную систему смыслов. Та же тенденция проявляется и в более широком масштабе. Все точки зрения должны быть учтены, следует помнить о притязаниях всех сторон. В результате Эней оказывается героем, совершенно непохожим на действующих у Гомера, цель его куда выше личного успеха. Поэтому он постоянно именуется в поэме pius Aeneus, что означает вовсе не «благочестивый» Эней, как неверно переводят, а «верный Эней». Он должен хранить верность родным и друзьям, своим согражданам и своим божествам – это соответствует моральным нормам, на которых основано величие Рима.

Эней бывает слабым, неразумным, жестоким. Здесь мы имеем дело с еще одним примером подхода Вергилия. Ему недостаточно воспевать легендарное прошлое, в поэме должно присутствовать также историческое прошлое и настоящее. В частности, Эней (и отнюдь не в одних лучших своих проявлениях), возможно, походит на Августа, которого Вергилий поддерживал, с оговорками и разочарованиями. Распространено убеждение, и в нем нет ничего невероятного, что заставив таким образом Августа взглянуть в зеркало, Вергилий сумел повлиять на императора. Прибегая к тонким намекам на историю о началах Рима, Вергилий дает понять, что и в выигранной Августом гражданской войне правда была не только на стороне будущего императора.

Основополагающим для Вергилия остается принцип примирения, проистекающего из глубокого и непредвзятого сочувствия. Столь же важна для поэта чуткость к музыкальному звучанию слов, страсть к созданию гармоничных созвучий. Звук преобладает, зачастую он рождается у Вергилия первым, и из него является смысл. При жизни Вергилия латинский гекзаметр еще не утратил своего значения. Поэт приложил немало усилий для того, чтобы достичь в этом стихе вершин совершенства. Согласно источникам, за утро Вергилий успевал написать много строк, а в течение дня пересматривал их и отделывал, оставляя к вечеру по нескольку строк, а иногда всего лишь одну. Так, при создании Георгики Вергилий писал всего по одной строке в день.

назад   дальше