Вашингтона не могло радовать нарастание склок и разногласий в межпартийных делах и в прессе. Его возмутило безответственное поведение французского посланника Э.Жене и поддержка, вначале оказанная ему Джефферсоном. Вашингтон придерживался строгого нейтралитета в отношении событий в Европе и не мог понять, почему эта позиция считалась «тайной англоманией». В «спиртном бунте» 1794 он видел не выражение отчаяния и протеста против введенного Гамильтоном акцизного налога и не отражение экономических интересов переселенцев, а «плоды» деятельности демократических обществ и «их дьявольского лидера Жене». Вашингтон поддержал Гамильтона в его намерении прибегнуть к силе для подавления бунта, хотя и помиловал некоторых бунтовщиков. В апреле 1794 он направил Дж.Джея для урегулирования споров с Великобританией по поводу факторий, долгов и прав, предусматриваемых нейтралитетом; он считал, что заключенный договор являлся оптимальным, и убедил Сенат утвердить его, что и было сделано с большой неохотой и сомнениями. Вашингтон добился большего успеха при заключении договора Сан-Лоренцо в 1795 (договор Пинкни), по которому Испания предоставила США право судоходства по реке Миссисипи и хранения грузов в порту Нового Орлеана без уплаты таможенных сборов; этим договором ему удалось удержать в Союзе Кентукки и Теннесси. К концу второго президентского срока он был сторонником взглядов Гамильтона и считал министра финансов фактическим главой администрации.

Последний год пребывания Вашингтона на посту президента был омрачен враждебными нападками прессы. В своем прощальном обращении, ответственность за содержание которого несут в равной степени Гамильтон и Мэдисон, он выразил сожаление по поводу «губительных последствий духа партийности».

Вашингтон возвратился в Маунт-Вернон 15 марта 1797 и покидал его только один раз для кратковременного визита в Филадельфию. Простудившись во время поездки верхом по своим фермам, Вашингтон скончался 14 декабря 1799.

(31.81 Кб)

назад